Ничего, кроме мантр

Ничего, кроме мантр

Знание
|  23 июня 2009

Дэва Премал выросла в Германии и получила классическое музыкальное образование. Ее альбомы The Essence, Love is Space, Embrace и Dakshina хорошо знакомы поклонникам направления new age по всему миру. А последний на сегодняшний день диск The Moola Mantra занял первую строчку в рейтинге крупнейшего в мире он-лайн магазина amazon.com сразу же после выхода в 2007 году.

У вас весьма экзотическое имя: Дэва. Кто вас так назвал?

Имя Дэва Премал дал мне Ошо. В переводе с санскрита оно означает «божественная любовь».

Были ли у вас другие духовные наставники, кроме Ошо?

Моими первыми духовными учителями были родители. Моя мама – музыкант, папа – художник. Отец изучал йогу и священные тексты. Он придумывал для нас с сестрой специальные упражнения, чтобы мы не просто носились вокруг «на автопилоте», а развивали осознанность с самого детства. Например, каждый раз, ставя что-то на стол, мы должны были произносить «ОМ», а включая свет, «РАМ». Когда мне исполнилось девять лет, я заинтересовалась христианст­вом, выучила в школе «Отче наш» и начала молиться – сначала тайно, потому что, думала, родители будут против. Однако, когда я решила покреститься, отец поддержал меня. Но буквально перед обрядом крещения из ашрама Ошо вернулась моя мать. Пообщавшись с ней, я поняла, что учение Ошо и есть мой истинный путь. И вместо того чтобы креститься, я начала практиковать динамические медитации Ошо и носить оранжевые одежды. Несмотря на то, что мне было всего 10 лет и я все еще училась в школе, медитация заняла центральное место в моей жизни. Я поменяла свою жизнь, свое имя и свою судьбу.

Какое направление в йоге вы сейчас практикуете?

Бхакти-йогу – йогу преданного служения.

Кого вы считаете своим наставником в области музыки?

Моя путеводная звезда в мире музыки – это Митен. Он служит мне источником вдохновения все 18 лет, что мы провели вместе. Он английский музыкант, разочаровавшийся в «хард-роковом» образе жизни. Мы познакомились в ашраме Ошо – я вела там курсы шиатсу и рефлексологии. Несмотря на разницу в возрасте (мне было 20, а ему 42), мы сразу полюбили друг друга.

Вы исполняете мантры и духовные песни. У вас никогда не возникало желания попробовать себя в других музыкальных направлениях?

Нет! Если бы мне было тоскливо, я пела бы блюзы. Если бы хотела стать знаменитой – пела бы рок. Но именно мантры передают мое восприятие жизни. Они идут от сердца, дают ощущение внутреннего покоя, поддерживают меня на жизненном пути. Откуда может появиться желание петь что-то другое? Я всегда пела только ­мантры и еще песни Митена.

В вашем исполнении мантры ­звучат несколько по-европейски. У вас не возникало желания добиться классического индийского ­зву­чания?

Важно понять, что мантры невозможно «исполнять». Это молитва. У каждого человека свой индивидуальный способ молиться. У меня он вот такой.

А какая мантра вам ближе всего?

Гайятри-мантра. Я родилась под ее звуки. Ее пел мой отец, когда я сделала свой первый вдох, а я пела ее папе, когда он сделал свой по­следний выдох. Именно эта мантра – основа всей музыки, которую мы исполняем с Митеном. Она помогла мне раскрыться как певице. Мы с Митеном вели семинары по использованию голоса в медитации. Я в то время очень стеснялась своего вокала и просто играла на клавишах. И вот однажды я услышала, как наш друг из Англии поет Гайятри-мантру. Я так прониклась знакомыми с детства звуками и словами, что решилась исполнить ее сама. Во время пения я вдруг ощутила в своем голосе силу и уверенность. Так я и нашла свое истинное звучание – результат до сих пор подобен расходящимся по воде ­волнам.

Вы счастливы?

Да, я счастлива.

Вы хотели бы иметь детей?

Нет. Для нас с Митеном наши дети – это музыкальные альбомы. Они зачаты в любви, они рождаются в студии звукозаписи в присутствии друзей-музыкантов, и затем мы отправляем их в мир. К каждому из них мы относимся с особенной любовью. Все они разные, и мы любим их, каждый по-своему.

В какой стране вы живете постоянно и в каких странах чаще всего бываете?

Последние шестнадцать лет мы путешествуем с концертами: девять месяцев в году проводим в разных странах, а оставшиеся три живем в Байрон Бей (Австралия). В 2008 году мы дали концерты в 22 странах, поэтому, как вы понимаете, мы нигде не задерживаемся подолгу. За это время я научилась чувствовать себя, как дома, везде, куда бы ни приезжала.

Вы когда-нибудь строите планы на будущее?

Да, мы планируем, но не слишком далеко вперед… Впрочем, у нас в офисе множество милых людей, которые, собственно, и занимаются организацией наших гастролей.

Вы вегетарианка?

Да. Мы с Митеном вегетари­анцы. Я – с самого рождения, а Митен – уже 35 лет. Представьте себе, я никогда даже не пробовала мясо или рыбу!

Что за люди ваши поклонники и как вы сами оцениваете свой талант?

У меня нет «поклонников». Люди, которые приходят к нам на концерты, – это наши друзья. Что касается таланта, я никогда об этом не задумывалась. Я не «исполнитель», поэтому и вопроса такого не возникает. Все, к чему мы с Митеном стремимся, – это дать людям возможность духовного ­единения с помощью музыки. Каждый зритель принимает участие в концерте, и мы все становимся единым целым.

Что бы вы пожелали вашим слушателям из России?

Чтобы они получили вдохновение на концерте. Я хочу помочь каждому найти свою песню, свою уникальную творческую струну. Ведь в нас всегда полно творческого потенциала, просто мы его не за­мечаем.

Рассказать друзьям:
Печатать

 

Наши лучшие онлайн курсы:



СЛОВАРЬ ЙОГИ

Смотрите также
«Кунг-фу и йога – это всё об одном» Интервью с Яном Пенчжоу – мастером кунг-фу и цигун и участником 18-й Международной Конференции йоги
"Летать во сне" - что это значит Разбираемся с осознанными сновидениями
Секреты правильного питания Как есть без вреда для фигуры и здоровья
Регистрация
Вход
Регистрация
Вход