Контркультура и акционизм: переосмысление

В Москве в арт-галерее «Корней» прошла выставка «Сэнди и Алекс», посвящённая  памяти двух

московских акционистов — Александра Ревизорова и Алексея Зубаржука, важных представителей отечественного искусства первого постсоветского десятилетия. Организаторы выставки – художники-кураторы Макар Ушаков и Даниил Толстов. 

«Два кореша сделали выставку про двух корешей», -  Даниил Толстов, художник и арт-куратор выставок. 

В отечественной истории искусства до сих пор остаётся множество лакун, особенно в постсоветском периоде. Феномен московского акционизма — который иные художественные группы (например, «Медицинская герменевтика» в русле московского концептуализма или «Новая Академия» Тимура Новикова, возникшая в контексте разыгравшегося конфликта «питерского» и «московского» искусства) называли «московскими актуалистами» из-за декларируемой социально-политической ангажированности — чаще всего редуцируется до ряда канонических имён: от художника «А» до Бренера, Мавроматти, Пименова, Тер-Оганьяна или группы «ЗАИБИ» (За анонимное и бесплатное искусство).

Однако были и те, кто, войдя в историю искусства (как в «Антологию московского акционизма» под редакцией Андрея Ковалёва), своими акциями остался в тени более крупных фигур. Такова участь Александра Ревизорова (1974–2017) и Алексея Зубаржука (1975–2002) — участников группы «Нецезиудик», её радикального ответвления «Департамент пропаганды насилия», а также «Группы без названия». Выстраивать жёсткую иерархию, подобную спортивной, в контексте художественного процесса не всегда корректно.

Александр Ревизоров (друзья и близкие звали его «Сэнди» — детство его отца, потомственного разведчика, прошло в США) и Алексей Зубаржук («Алекс») принадлежали не только к московскому акционизму первого постсоветского десятилетия. Они были яркими представителями «кислотной культуры» (завсегдатаи клуба и авторы журнала «Птюч»), увлекались ранними компьютерными технологиями и электронной музыкой. Важно отметить, что многие представители акционизма в России были в первую очередь литераторами (поэтами и прозаиками), как Андрей Монастырский, художник «А», Александр Бренер или Дмитрий Пименов. Зубаржук и Ревизоров не были исключением: они писали авангардную прозу и стихи в эстетике киберпанка, а Ревизоров и в поздние годы продолжал публиковать стихотворения в своём «Живом Журнале». В историю искусства они вошли серией провокативных акций, которые можно рассматривать как часть формирования языка политического искусства Ельцинской России 1990-х, где жест был направлен на критику господствующих дискурсов и экспроприацию публичного пространства.

«100 лет Мао (Жёлтый дьявол в ГУМе)» (1993). В самом сердце потребительского пространства — ГУМе — группа разыграла абсурдистский иконический ритуал. Александр Бренер в трусах выполнял приседания, а Зубаржук и Ревизоров стояли с ртами, заклеенными долларовыми купюрами, что символизировало немоту перед лицом идеологии и капитала. Как писала об этом искусствовед Юлия Овчинникова, акция стала актом «идеологической экспроприации», где «картинки, звуки и действия, в совершенном единстве и борьбе противоположностей превратили Supermarket в Мир Искусства, ворвались, озадачили, “разбросали камни”». (Художественный журнал номер 4).

«Харакири-стрит» (весна 1994). Выйдя на брусчатку Баррикадной, авторы душили друг друга полиэтиленовыми пакетами. Как отмечала искусствовед и подруга героев выставки Александра Обухова, «не стоит воспринимать эту акцию как оммаж бандитским разборкам 1990-х годов». Андрей Монастырский позже отмечал: «Мне понравилась акция "Харакири-стрит" Ревизорова и Зубаржука...», выделяя её работу в «тяжёлых и густых городских условиях». (Газета «Сегодня» 1994, 20 мая). 

«Языки» (май 1994). В ресторане «Макдоналдс» на Пушкинской группа облила Бренера коктейлями и кетчупом, а затем стала «жадно слизывать» смесь с его одежды. Андрей Ковалёв интерпретировал этот жест как «бессистемную жестикуляцию на погрузившейся в меланхолию художественной сцене», а саму акцию — как протест против «американского империализма» и одновременно рефлексию о «фатальной исчерпанности языков искусства».

В дальнейшем их пути с искусством разошлись. Алексей Зубаржук сосредоточился на литературе в жанре киберпанка, публикуясь в изданиях об интернет-культуре.

Его трагическая гибель в 2002 году оборвала работу; посмертно вышел сборник «Очки номер пять» (Издательство «Колонна», 2004). Андрей Аствацатуров отмечал, что «мир будущего рисуется автором как чудовищный кошмар...», где герои перемещаются между симуляционными реальностями. Александр Ревизоров в 2000-е занимался промоутингом независимых музыкальных групп. По словам его вдовы, Алены Антоновой: «Сэнди... относился к актуальному процессу в современном искусстве уже как к тому, что было в 90-е, и перестало быть для него [актуальным]».

Данная выставка носит архивный характер. Вспоминается термин из текстов «Медицинской герменевтики» — «Три Анфилады»: «Алиса в Стране чудес, но только без Алисы». Архив предстаёт герметичной структурой, требующей расшифровки. Акции Ревизорова и Зубаржука — часть этого зашифрованного ландшафта, «Страны Чудес без Алисы», где жесты, направленные на диалог с «анонимной массой» и критику идеологических и потребительских языков, сегодня нуждаются в новом прочтении.

Экспозиция была разделена на два зала: первый представлял акции художников в контексте истории искусства, второй — интимный, посвящённый их частной, малоизвестной стороне.

Выставку на протяжении 10 дней посетили десятки в днях деятелей и друзей современного искусства. От семьи Ревизорова пришла дочка художника Майя и его вдова Алёна, друзья и коллеги, художник и поэт Дмитрий Пименов,  писатель Алина Витухновская, был художник Виктор Алимпиев, писатель «Лимонки» и «Птюча» Алёша Андреев, искусствовед Пётр Ширковский, администратор Telegram-канала «дружок это южинский кружок» Артур Другой, представитель арт-группы «Мухомор» художник Владимир Мироненко, художник и администратор Telegram-канала «журнал нофь» Борис Новокрещенов. 

Была художница Оля Божко, художник Максим Илюхин, художник Влад Шевченко, Мария Кравцова из «Арт-гида». Художник Андрей Монастырский, отснял выставку на свою камеру GoPro. Организаторы пообщались с Андреем Викторовичем, оценившим их акцию ещё в 1994 году, — он по сей день считает ее одной

из самых мощных.

На вернисаже был проведен реактмент, то есть повтор акции «Харакири-стрит»

Организаторы провели экскурсии для издателя Германа Титова и жены Андрея

Монастырского Дарьи Новгородовой. Организаторы отмечают, что для них  было большой честью внимание и оценка выставки от Андрея Монастырского.

В один из дней общего посещения пришёл искусствовед Сергей Валерьевич Хачатуров, оценивший выставку как удачную и записавший целую речь с панегириком. Вот фрагмент из его выступления: «Думаю, что эта выставка показывает, как сегодня очень круто и интересно можно работать с архивами.

С архивами людей, которые да, действительно выпали из пространства и времени, но благодаря таланту и Макара и Данилы их возвратили, но при этом это сделали потрясающе интересно, потрясающе современно».

На мероприятие приходила преподаватель по дисциплине «перформанс» из МГУ Мария Кобринец, бывший заместитель заведующего отделом новейших течений Третьяковской галереи Ирина Горлова с художницей Ириной Котел, искусствовед и преподаватель Саша Обухова.

Литературный архив Ревизорова и Зубаржука, заслуживающий отдельного исследования, будет впервые опубликован в третьем выпуске журнала пунктуального искусства «Камышовый кот».

Отдельная благодарность Артёму Кулемину. 

Текст подготовила Алёна Антонова по материалам организаторов.

Фото: Макар Ушаков, Алёна Антонова, Михаил Сидлин