Медитация любящей доброты – древняя буддистская практика

Медитация любящей доброты – древняя буддистская практика

йога-чтение

Как часто вам доводилось слышать: «Не грусти, не расстраивайся, не стоит плакать»? Печаль, грусть, острое переживание происходящего, по сути, относятся к тому спектру человеческих эмоций, которого мы всячески стремимся избегать. Изучению этих горько-сладких переживаний и посвящена книга Сьюзан Кейн «О силе грусти и внутренней свободе». Она научит вас ценить каждое из своих переживаний и находить в них ресурс, чтобы тоньше и пронзительнее ощущать всю многогранность и красоту этого мира.

медитация, медитация для начинающих, медитация любящей доброты, переживание чувств, Сьюзан Кейн

Публикуем отрывок из книги, посвященный медитации любящей доброты.

Медитация любящей доброты (на языке пали ее называют метта) — это практика желания добра другим. Название многим кажется «лицемерным, сентиментальным, приторным», как сообщила мне Шерон Зальцберг, одна из самых известных в Америке преподавательниц буддистских практик. Именно поэтому метта не так популярна на Западе, как осознанность. Однако эта древняя буддистская практика имеет массу преимуществ, в частности дает ощущение благоговения, радости, благодарности, а также помогает справиться с мигренями, хроническими болями и посттравматическим синдромом. Это проверенный временем способ начать двигаться в сторону любви. Если вы потеряли любовь и осознаете, что она крайне для вас важна, метта поможет вам, выражаясь в терминах терапии принятия и ответственности, «начать действовать ответственно» и «найти связь с тем, что для вас по-настоящему важно». Шерон Зальцберг — авторитет по части медитации любящей доброты. Она сумела сделать эту практику популярной в Соединенных Штатах; написала и опубликовала 11 книг, ставших бестселлерами, включая Loving kindness («Милосердие») и «Медитации для молодости, снятия стресса и укрепления отношений»; стала сооснователем Общества медитации прозрения (Insight Meditation Society) в городе Барре, штат Массачусетс, которое считается одним из самых влиятельных центров медитации на Западе.

В детстве Шерон Зальцберг тоже пришлось пережить несколько тяжелых утрат. Все началось с отца, который всегда был самым важным человеком для Шерон. Когда ей было четыре года, у него случился нервный срыв, и он ушел из семьи. Когда Шерон было девять, умерла ее мать, и девочке пришлось жить с бабушкой и дедушкой, которых она едва знала. Дед умер, когда ей исполнилось одиннадцать. Потом отец вернулся, и Шерон была страшно счастлива, но вскоре он выпил большую дозу снотворного и остаток жизни провел в психиатрической лечебнице. К шестнадцати годам состав семьи, в которой жила Шерон, успел смениться пять раз, и каждый раз все заканчивалось травмой, расставанием или чьей-то смертью. Она чувствовала себя не такой, как все, неправильной, и от этого ей было стыдно. Дома никто не говорил о том, что случилось с отцом: все делали вид, что эпизод с таблетками был просто нелепой случайностью. Когда в школе спрашивали: «Чем занимается твой отец?» — она не знала, что отвечать. У одноклассников были нормальные семьи, и никто из их близких не исчезал.

Шерон не знала никого, кто бы пережил утрату и чувствовал себя брошенным; она понимала, что из-за этого кажется хуже других, ненормальной, но ей не приходило в голову, что этот вывод может быть неправильным. Она наверняка так и жила бы с этими мыслями, если бы, уже будучи студенткой, не записалась на курс по философии Азии. Она не искала никакой восточной мудрости — ей просто нужно было добавить в расписание какой-нибудь предмет. Но вышло так, что этот курс изменил сначала всю ее жизнь, а потом и жизнь тысяч ее учеников. Она узнала, что всем приходится переживать боль утрат, никому этого не избежать, но самое важное — это наша реакция на эти события.
медитация, медитация для начинающих, медитация любящей доброты, переживание чувств, Сьюзан Кейн

С точки зрения Шерон, если мы просто желаем кому-то добра, это может постепенно менять наши отношения и с этим человеком, и с миром вообще. Вам случается уйти в свои мысли и даже не замечать, скажем, кассира, который вас обслуживает в магазине? Так, может, стоит начать замечать людей вокруг, смотреть на человека, находящегося перед вами, даже спрашивать иногда, как у него дела? Вы постоянно чего-то боитесь?[vrezka]Любовь — лучшее средство от страха. Страх заставляет нас сжиматься, прятаться, уходить в себя, а любовь позволяет открыться.[/vrezka]Вы слишком часто думаете о собственных ошибках и недостатках? Может, вам удастся сменить нынешнюю точку зрения («у меня полно недостатков, я сегодня совершил столько ошибок») на другую, тоже верную («у меня полно недостатков, я сегодня совершил столько ошибок, но я остаюсь нормальным человеком и завтра постараюсь все сделать лучше»)?

Может, вы начнете чаще смотреть на мир с этой новой точки зрения? Но одно дело — просто согласиться с этими идеями и захотеть практиковать метту, и совсем другое дело — начать действовать. Даже в присутствии Шерон я замечаю, что хватаюсь за любые поводы, лишь бы не медитировать. Я записала наши разговоры, их очень весело перечитывать: только мы вроде бы готовы начать, как я задаю Шерон очередной теоретический вопрос. Она терпеливо объясняет и рассуждает о буддистской традиции сочувственной радости, о самообладании, о сострадании. Она меня совсем не торопит. Но даже я не могу вечно обсуждать теорию. Наступил момент, когда Шерон наконец научила меня, что именно нужно делать. Когда она начала изучать метту в Бирме, ей предложили четыре фразы, которые нужно все время повторять.

Пусть я буду в безопасности.
Пусть я буду свободна от психических страданий.
Пусть я буду свободна от физических страданий.
Пусть мне будет легко сохранять благополучие.

Суть в том, чтобы пожелать все это сначала себе, а потом другим: любимым людям, знакомым, тем, с кем вам особенно сложно, а потом и вообще всем живым существам. (Некоторым неприятно начинать с себя, поэтому можно менять этот порядок как угодно.) На первый взгляд может показаться, что в этой практике есть переживания исключительно сладкого спектра и совсем нет горечи. Однако в основе метты лежит двойственность жизни. Мы желаем друг другу избежать опасностей, потому что понимаем, что это нелегко. Мы желаем друг другу любви, потому что знаем, что любовь и утраты тесно связаны.
медитация, медитация для начинающих, медитация любящей доброты, переживание чувств, Сьюзан Кейн
Когда в 1985 году Шерон только начинала работать с учениками в Новой Англии, всех вполне устраивали те фразы, которым ее научили в Бирме. Однако позже ее калифорнийские ученики стали отказываться произносить негативные слова «опасность», «страдания». Им хотелось позитивных, легких формулировок. Концепция метты никак не ограничивает выбор слов, а Шерон всегда готова искать оптимальные решения, поэтому в Калифорнии она изменила формулировки.

Пусть я буду в безопасности.
Пусть я буду счастлив.
Пусть я буду здоров.
Пусть мне легко живется.

Я понимаю тех ее учеников из Калифорнии, но мне такой подход кажется неверным. Получается, что они пытаются отрицать реальность и отказываются от горького в сложном наборе горько-сладких переживаний. Я сказала Шерон, что мне ближе версия из Бирмы. Мы закрыли глаза и хором произнесли магические слова. С тех пор я время от времени практиковала метту. Иногда — ну ладно, довольно часто — мне все это казалось формальным, надуманным. Но если я продолжала заниматься, то со временем начинала чувствовать, что мне становится проще сохранять собственные границы и оставаться спокойной и благожелательной. Меня реже накрывает волна стыда за слова, сказанные 17 лет назад; мне проще относиться к себе так же бережно, как к любимому ребенку. Что особо важно, я чаще замечаю и ощущаю любовь не только в привычном контексте: я люблю своего партнера, своих детей, своих друзей, — но и как явление, которое в разное время принимает разные формы. Мне легче замечать, что любовь может возникать (что мы можем вызывать ее к жизни) в самых неожиданных обличьях.

Читайте также